Статистика сайта

Поиск

Мореплаватели

Висенте Яньес Пинсон

Висенте Яньес Пинсон, выдающийся испанский мореплаватель, родился в Палосе в 1460 году и по праву считается одним из величайших мореходов и самых удачливых открывателей времен Колумба. Однако в отличие от других первооткрывателей, которые из экспедиций своих возвращались отягощенные золотом и пряностями, Пинсон в основном был отягощен долгами. Как капитан судна «Нинья», Пинсон сопровождал Колумба в его первом плавании. Очевидно, позавидовав его удачам, около 1 декабря 1499 года он самостоятельно отправился за океан из Палоса во главе флотилии из четырех судов, которые он снарядил вместе со своими многочисленными родственниками. От островов Зеленого Мыса он взял курс на юго-запад и первым из испанцев пересек экватор. 26 января 1500 года, после двухнедельного перехода через океан, неожиданно открылась земля — мыс Сан-Роки (у 5°30 южной широты), названный им мысом Утешения. Вода вокруг была мутная, белесого цвета.

Пинсон высадился на берег страны, позднее названной Бразилией, водрузил несколько деревянных крестов и от имени испанской короны вступил во владение ею. За два дня пребывания никого из туземцев его люди не видели.

Отсюда флотилия двинулась на северо-запад. Дойдя до устья какой-то мелководной реки, Пинсон выслал вверх четыре лодки. На берегу он столкнулся с какими-то нагими ярко раскрашенными индейцами. Начался бой. Восемь испанцев были убиты, остальные на трех лодках спаслись. Продолжая путь на северо-запад, моряки через несколько дней потеряли из виду землю. Когда же они зачерпнули воду, то она оказалась годной для питья. Они повернули к берегу, но достигли его, лишь пройдя около 200 километров. Так вторично после Веспуччи было открыто устье многоводной реки Пара (правый устьевой рукав Амазонки). За рекой на низменных островах Маражо и других жили не носившие одежды индейцы, раскрашивавшие свое тело и лицо. Они вначале дружелюбно отнеслись к пришельцам, но те захватили 36 человек для продажи в рабство.

Подробнее...

Алонсо де Охеда

У Колумба было много последователей. В первое двадцатилетие XVI века целый флот кораблей разлетелся веером к западным морям. Испанцы открыли бесчисленное количество островов и соединили в одно целое береговую линию американского материка в пределах Карибского моря руководителями многих экспедиций были люди, начинавшие с Колумбом.

Одним из самых замечательных спутников и продолжателей открытий Колумба был Алонсо де Охеда. Несмотря на свой маленький рост, он был очень выносливым и смелым моряком. В ранней молодости он принимал участие в войнах против мавров и получил там хорошую боевую закалку. Он сопровождал Колумба во втором его плавании, а в 1499 году снарядил собственную экспедицию в Новый Свет.

Штурманом у него был один из лучших моряков того времени, баск Хуан де ла Коса. В этом плавании принимал участие и малоизвестный тогда флорентийский торговец Америго Веспуччи.

Экспедиция подошла к Новому Свету около нынешнего Суринама и двинулась вдоль берега. По пути Охеда устанавливал дружественные отношения с туземцами, вел с ними выгодный обмен, а однажды по их просьбе предпринял карательную экспедицию против их врагов — караибов. Так моряки добрались до острова Кюрасао. Когда корабли прошли дальше, перед искателями приключений открылся глубокий, тихий, как озеро, залив.

Корабли вошли в залив и, следуя вдоль его восточного края, добрались до селения. Перед испанцами открылось невиданное до сих пор зрелище. На тихой воде у берега на высоких сваях стояло двадцать больших домов. С помостов к воде спускались мостки. В каналах между домами сновали каноэ. Испанцы назвали эту землю Маленькой Венецией — Венесуэлой. Имя это сохранилось и поныне.

Сначала жители свайных домов встретили испанцев очень гостеприимно, но через некоторое время поссорились с пришельцами.

Произошел неравный бой, в котором индейцы были разбиты. Охеда продолжал путь и добрался до мыса Маракаибо. В июне 1500 года он вернулся в Кадикс с кораблями, наполненными индейцами-рабами.

Подробнее...

Америго Веспуччи

Как получилось, что новый континент был назван не именем открывшего его Колумба, а именем человека, совершавшего плаванья по большей части в своем воображении и на бумаге? Вопрос, кто раньше достиг нового материка — Колумб или Веспуччи, иными словами, кому принадлежит приоритет открытия тропической континентальной Америки, — все еще остается открытым.

До сих пор еще спорят о годе рождения Америго Веспуччи и потому часто неопределенно указывают, что он родился между 1451 и 1454 годом. В метрической книге записано, что младенец Америго Матео Веспуччи крещен во Флоренции 18 марта 1454 года. Имени Америго нет в христианских святцах. Дед его был Америго, и внука назвали Америго, но так как у каждого христианина должен быть ангел-хранитель, то второе имя новорожденного было Матео; впрочем, так его никогда не называли.

Родился он в незнатной и не очень богатой семье нотариуса. В школе не учился, домашнее образование дал ему дядя — священник. Другой дядя, юрист и дипломат, взял племянника с собой, когда был отправлен со специальной миссией в Париж. И до 1490 года это было единственное заграничное путешествие Америго.

В 1980-х годах он стал «доверенным лицом», а проще говоря, приказчиком банкира Лоренцо Медичи. Выполняя поручения своего хозяина, Америго часто имел дело с представителями фирмы Медичи в испанских городах. В 1490 году он впервые посетил Севилью. По дороге туда, в Пизе, он купил, уплатив крупную сумму (130 дукатов), каталонскую навигационную карту Средиземного моря 1437 года — свидетельство того, что уже тогда он интересовался мореходным делом (возможно, по деловым соображениям).

В 1492 году Америго переехал на постоянное жительство в Севилью и поступил на службу к своему земляку Джапетто (Хуаното) Берарди. У Берарди, принимавшего участие в финансировании первой экспедиции Колумба, Америго познакомился с великим мореплавателем, и тот до конца жизни считал его своим другом. Вот в каких выражениях он отзывался об Америго в письме к сыну Диего Колону от 5 февраля 1505 года:

Подробнее...

Христофор Колумб

Колумб — величина вечная. Даже современные школьники, затрудняющиеся с ответом, кто такой Сталин и почему Ленин лежит на Красной площади, могут связать понятия Колумб и Америка. А некоторые, возможно, поведают печальную историю его жизни — жизни первооткрывателя без открытия, великого, бесстрашного, заблуждающегося… Ибо, как утверждает Жюль Верн, не будь у Колумба этих трех качеств, он, вероятно, не рискнул бы преодолеть бескрайнюю морскую гладь и отправиться на поиски земель, ранее упоминавшихся лишь в мифах и сагах.

История Колумба — это бесконечная история загадок. Сомнению подвергается абсолютно все — дата его рождения, его происхождение и город, где он родился. За право считать себя родиной Гомера спорили семь греческих городов. Колумбу «повезло» больше. В разное время и в разных местах 26 претендентов (14 итальянских городов и 12 наций) выдвинули подобные претензии, вступив в тяжбу с Генуей.

Более сорока лет назад Генуя вроде бы окончательно выиграла этот многовековой процесс. Однако и поныне не смолкают голоса адвокатов ложных версий о родине и национальной принадлежности Колумба. До 1571 года никто не сомневался в происхождении Колумба. Он сам неоднократно называл себя генуэзцем. Впервые поставил под сомнение генуэзское происхождение Колумба Фердинандо Колон. Руководствовался он «благородными» намерениями ввести в родословную великого мореплавателя знатных предков. Генуя для подобных экспериментов не годилась: фамилия эта не значилась в списках даже плебейских семейств. Поэтому автор увел дедов Колумба в итальянский город Пьяченцу, где в XIV и XV веках жили знатные люди из местного рода Колумбов. Пример Фердинанда Колона вдохновил на подобные поиски историков последующих веков.

Колумб родился в семье ткача, который одновременно торговал сыром и вином. О материальном положении семьи и о не совсем честном отце мореплавателя Доменико Коломбо говорит конфуз, случившийся на свадьбе сестры Христофоро Бьянкинетты. Зять, торговец сыром, обвинил Доменико в том, что тот не отдает приданое, обещанное за дочерью. Нотариальные акты того времени подтверждают, что положение семьи действительно было удручающим. Особенно крупные разногласия с кредиторами возникли из-за дома, где они поселились через четыре года после рождения Христофоро. Хотя Христофоро провел детство за отцовским ткацким станком, интересы мальчика были направлены в другую сторону. Наибольшее впечатление на ребенка производила гавань, где толклись и перекликались люди с разным цветом кожи, в бурнусах, кафтанах, европейском платье Христофоро недолго оставался сторонним наблюдателем. Уже в 14 лет он плавал юнгой в Портофино, а позже и на Корсику. В то время на лигурийском побережье самой распространенной формой торговли был натуральный обмен. Доменико Коломбо тоже участвовал в нем, а сын помогал: сопровождал маленькое с латинской оснасткой судно, груженное тканями, в лежащие рядом торговые центры, а оттуда доставлял сыр и вино.

Подробнее...

Педро-Альвареш Кабрал

Педро-Альвареш Кабрал (1467/68–1526) был родом из семьи дворян, издревле состоявших у трона португальских королей. Сам Кабрал к 32 годам уже имел звание «адвоката Его величества» и был награжден орденом Христа.

Весной 9 марта 1500 года Кабрал, получив командование над 13 кораблями и полутора тысячами солдат и матросов, отправился во второе плавание в Индию тем же маршрутом, каким до него прошел Васко да Гама.

Следуя инструкции да Гамы, Кабрал должен был следовать на юго-запад, чтобы обойти беспокойный Гвинейский залив Он несколько задержался на этом курсе и… открыл Бразилию. Было ли это открытие результатом слепого случая или следствием тайного плана — сейчас трудно сказать. Сам Кабрал (как и Колумб до него) уверял, что направлялся в Индию, но что его корабли немного отнесло от правильного курса и он попал в Южную Америку.

В этих словах нет ничего невероятного. Уже Диаш и да Гама понимали, что самый удобный путь вокруг Африки лежит значительно западнее ее берегов Достаточно взглянуть на карту, чтобы увидеть, как близко от Канарских островов и Зеленого Мыса находится восточный выступ Южной Америки. Не надо забывать, что Кабрала сопровождал Диаш, а у того был многолетний опыт африканских плаваний. Он повел корабли на запад, в обход встречных ветров, дующих у африканского берега. Ветры и течения в средней части Атлантического океана часто увлекают суда на запад. А если вдобавок к ним присоединился шторм, то можно вполне допустить, что португальцев отнесло к берегам Бразилии.

С другой стороны, некоторые ученые указывают на старые португальские карты, по которым можно судить, что португальцы догадывались, а может быть, и знали о существовании земли приблизительно в том месте, где находится Южная Америка. Известно также, что еще со времен Генриха Мореплавателя португальцы держали в строжайшем секрете свои открытия. Поэтому возможно, что Кабрал сознательно пустился на поиски Южной Америки.

Подробнее...

Васко да Гама

Этому человеку посчастливилось осуществить мечту многих мореплавателей — достичь далекой Индии. Он был военным и придворным не в меньшей степени, чем исследователем. Его не могли обойти при дворе, как это сделали с Диашем, он не был вынужден переносить унижения, подобно Колумбу. Он никогда не шел на ненужный риск, никогда не принимал меньшей награды, чем он заслуживал, и никому не позволял забыть о себе. Да Гама достиг дальних сказочных стран и вернулся оттуда прославленным и богатым вельможей.

Он родился в 1460 году в городе Синеже, где его отец был градоначальником. Васко да Гама рано приобрел опыт в мореплавании и управлении кораблем. Когда король принял решение продолжать открытия, сделанные Диашем, да Гама был наготове и ждал приказа к выступлению.

Приказ был отдан весной 1497 года. Да Гама получил четыре корабля, в том числе два 120-тонных, выстроенных под руководством Диаша: «Сао-Габриэль» и «Сао-Рафаэль». Кроме них, он получил еще 50-тонную каравеллу «Беррио» и одно маленькое судно для перевозки запасов снаряжения и продовольствия Личный состав экспедиции состоял из ста семидесяти человек.

7 июля флот в полной готовности стоял на реке Тежу (Тахо) перед Лиссабоном. Утром 8 июля под звуки военной музыки корабли с развевающимися флагами отплыли из Португалии.

Через двенадцать дней моряки достигли Зеленого Мыса. До 10° северной широты они держались недалеко от берега, а затем, избегая вероломной погоды Гвинейского залива, описали большую дугу в южной части Атлантического океана, пройдя на расстоянии 1000 километров от Южной Америки. 7 ноября корабли прибыли в бухту Санта-Елена. Здесь португальцы встретили готтентотов. Сначала между моряками и туземцами установились дружеские отношения, но вскоре возникли недоразумения и столкновения, в результате которых да Гама был легко ранен. К концу месяца корабли обогнули мыс Доброй Надежды и пришли в бухту Моссель. Маленькое вспомогательное судно получило тяжелые повреждения. Пришлось бросить его, а груз распределить между остальными кораблями.

Подробнее...

Бартоломеу Диаш

Со смертью Генриха Мореплавателя у португальских монархов на некоторое время исчез интерес к исследованиям. В течение ряда лет они занимались другими делами: в стране происходили междоусобные войны, шли бои с маврами. Только в 1481 году, после восшествия на престол короля Жуана II, африканское побережье опять увидело вереницы португальских судов и новую плеяду смелых и независимых моряков.

Самым значительным из них был, несомненно, Бартоломеу Диаш. Он был потомком Диаша, открывшего мыс Божадор, и Диаша, открывшего Зеленый Мыс. Все путешественники обладали талантами, помогавшими им в борьбе за расширение мира. Так, Генрих Мореплаватель был ученым и организатором, да Гама и Кабрал были в такой же мере воинами и администраторами, в какой и моряками. А Диаш был преимущественно моряком. Многих своих спутников он обучил искусству мореплавания. Мы мало знаем о жизни Бартоломеу Диаша, даже дата его рождения точно не установлена. Зато известно, что он был гением мореходного дела.

Впервые его имя было упомянуто в кратком официальном документе в связи с освобождением его от уплаты пошлин на слоновую кость, привезенную с берегов Гвинеи. Таким образом, мы узнаем, что он занимался торговлей со странами, только что открытыми португальцами. В 1481 году он командовал одним из судов, отправленных к Золотому Берегу под общим начальством Диого д'Асамбужа.

В экспедиции д'Асамбужа принимал участие и безвестный тогда Христофор Колумб. Через пять лет Диаш занимал должность главного инспектора королевских товарных складов в Лиссабоне. В тот же год он получил от короля награду «за будущие заслуги». Но когда этот приказ вышел, у Диаша уже были заслуги.

В 1487 году он вновь отправился вдоль берегов Африки во главе экспедиции из двух судов. Они были малы (даже для того времени), каждое водоизмещением приблизительно в 50 тонн, но так устойчивы, что на них можно было поставить тяжелые орудия, им было придано транспортное судно с припасами. Главным кормчим был назначен опытнейший гвинейский мореход того времени Педру Аленкер. Нет доказательств того, что целью экспедиции Диаша было достижение Индии. Вероятнее всего, задачей была дальняя разведка, результаты которой были сомнительны для главных действующих лиц.

Подробнее...

Диего Кан

В конце 1481 года король Жуан II послал под начальством Диого Д'Асамбужа флотилию к Золотому Берегу, чтобы основать там колонию.

Д'Асамбуж построил форт Сан-Жоржи-да-Мина («Рудник Св. Георгия»), сокращенно — Мина (часто также Эльмина), в районе которого были найдены крупные месторождения золота. Для развития добычи золота нужно было много рабов, из Мины посылались корабли к югу на поиски новых областей для охоты за людьми.

В экспедиции Д'Асамбужа капитаном одной из каравелл был Диого Кан. О нем сохранилось очень мало сведений. Выйдя в 1482 году из гавани Мины и обогнув мыс Лопес (у южной широты), Кан прошел затем вдоль берега к юго-востоку около 700 километров. Таким образом, он завершил открытие Гвинейского залива. В этом районе вода по цвету резко отличалась от океанской, оказалась опресненной, и Кан правильно заключил, что он находится близ устья какой-то очень большой реки: так было открыто устье Конго. У 6° южной широты Кан высадился на берег и поставил там «падран» — каменный столб с португальским гербом, с именами короля и мореплавателя и датой открытия. Он назвал великий поток «рекой Падран», но теперь это имя сохранилось только за южным мысом в устье Конго (Пунта-ду-Падран). На берегу Кан вел с жителями «немой торг», так как их язык — группы банту, распространенной тогда во всей Экваториальной и части Южной Африки, — не имел ничего общего с языками гвинейцев, которые служили португальцам переводчиками. Кан отправил несколько матросов вверх по «реке Падран», чтобы завязать сношения с местным королем, по обе стороны реки, в приморской полосе, к тому времени образовалось крупное государство дофеодального типа — Конго, и это название перешло на реку. Когда посланцы вернулись (с невыясненными результатами), Кан продолжил плавание на юг, поставив, по крайней мере, еще один падран у 13°30 южной широты — на побережье Анголы. Отсюда он, по-видимому, повернул назад. В начале 1484 года он, несомненно, уже находился в Португалии.

Тем временем португальцы не останавливались на достигнутом. Вот что по этому поводу писал современный источник:

Подробнее...

Альвизе Кадамосто

Португалия постепенно упрочивала свои позиции на африканском побережье, строя укрепленные поселения и плантации. Португальские моряки пробирались вдоль африканского берега все дальше и дальше к югу. Везде, где могли, они захватывали туземцев, положив тем самым начало рабовладельческому промыслу. Так началась колонизация черного континента. Стали отступать затаенные страхи перед сказочными чудовищами и вымышленными опасностями, о которых говорили древние предания.

Впрочем, по большей части португальцы ограничивались торговлей в непосредственной близости от берега. Торговля внутри материка находилась в руках еврейских купцов, добиравшихся с севера на верблюдах через оазисы Сахары до самых отдаленных районов Африки. Об этом свидетельствуют тщательно выполненные карты, составленные евреями Майорки, откуда выходили лучшие картографы той эпохи. На этих картах, а некоторые из них восходят к 1375 году, показаны Тимбукту, горы Атласа с караванными тропами и помещено грубое изображение «властителя гвинейских негров». В обмен на слоновую кость, эбеновое дерево, золото, шкуры и рабов простодушным туземцам давали стеклянные шарики, зеркальца, ножи, колокольчики, яркие ткани и т. д. В отдаленных, глубинных районах Африки эти предметы служат «ходовым товаром» и поныне.

Большой интерес представляет сохранившийся отчет об одном плавании к африканскому побережью, предпринятом в те годы. Этот отчет венецианского авантюриста Альвизе Кадамосто (на венецианском диалекте — Альвизе да Мосто) о путешествиях, совершенных на службе у принца Генриха, и, возможно, первого из европейцев, увидевшего острова Зеленого Мыса. Кадамосто родился в Венеции примерно в 1426 году. Он не являлся профессиональным моряком, а был дворянином — торговцем и искателем приключений. В 1445 году уехал на Кандию (Крит). Пять лет спустя он стал «знатным лучником» на «большой галере» в Александрии, а еще позднее служил на фламандской галере.

Подробнее...

Генрих Мореплаватель

В начале XV века Португалия не играла заметной роли в международной жизни. Она была одним из мелких государств, занимавших Пиренейский полуостров.

Уже с середины XIII века определились те границы Португалии, которые существуют до сих пор. Ей удалось отделиться от Испании, но именно это отделение совершенно отрезало Португалию от Европы. К тому же и сама Европа находилась в лихорадке бесконечных войн. Деловая жизнь замирала, но даже и та вялая торговля, которая продолжала существовать, шла мимо Португалии. У нее были только море да хорошие корабли.

Португальцы строили небольшие суда, водоизмещением не более 200 тонн, но они были удобны для рыбной ловли и перевозки товаров. На их мачтах были косые (латинские) паруса; с такой оснасткой корабли лучше поддавались управлению и могли идти против ветра под более острым углом, чем другие европейские суда того времени, вооруженные тяжелыми прямоугольными парусами на громоздких реях.

В Гибралтарском проливе хозяйничали мавры. Португалия владела одним лишь атлантическим побережьем. Куда же могла она посылать свои корабли? Этот вопрос разрешил португалец «инфанте Энрико», или, как его часто называют, принц Генрих Мореплаватель. Он родился в 1394 году и был третьим сыном короля Жуана I, а значит, не играл большой роли в государстве.

Матерью Генриха была Филиппа, дочь Джона Гуанта, таким образом, он был кузеном английского короля Генриха V. В 1415 году 21-летний принц Генрих уже сыграл видную роль в военной операции, в результате которой у мавров отбили Сеуту. Во время пребывания в Марокко он собрал некоторые сведения относительно Внутренней Африки: о караванной торговле между Тунисом и Тимбукту, при посредстве которой золото с Гвинейского берега перевозилось в мусульманские порты Средиземного моря. Если бы этого берега можно было достигнуть морским путем, то золото можно было бы отвозить в Лиссабон. Отнять подобные сокровища у неверных и передать их христианам с тех пор стало главным делом принца. Но Генрих смотрел на дело с широкой точки зрения. За Золотым берегом он видел морской путь в Индию. По возвращении из Марокко принц Генрих приобрел такую воинскую славу, что папа Мартин V пригласил его принять командование его армией. Подобные лестные предложения он получал от своего кузена Генриха V Английского, от Иоанна II Кастильского и от императора Сигизмунда. Отказавшись, Генрих удалился на мыс Сагреж в южной Португалии. Эту уединенную скалу греческие и римские писатели называли Священным мысом и полагали, что она составляет самую западную границу обитаемой земли. Генрих воскресил рыцарский орден тамплиеров и возглавил его. Находясь безвыездно в своем замке, он и изучал море. Его прозвали «Генрихом Мореплавателем» и добавляли в виде остроты: «Сам он никогда по морю не плавал». Но он ни на что не обращал внимания и упорно делал свое дело. Он расспрашивал моряков, купцов, картографов, он беседовал со всеми, кто мог сообщить ему хоть какую-то информацию об интересовавших его вопросах, толковал с заезжавшими в португальские порты иностранцами, не пренебрегал советами мавров.

Подробнее...

Еще статьи...